• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: заметки (приложения) (список заголовков)
21:09 

Легенда о Луноокой

monzella Valeria
Как было сказано ранее, в 1 году Мрачновременья по Староравюннской империи прошёл слух о предрекательнице из Блозии (одной из имперских провинций). Дева состояла в общине унумов* и предрекала окончательную победу Света над Мраком и даже называла дату: 1 января Нулевого года (Год Безвременья). Заинтересованный император пригласил пророчицу в Эльедию, бывшую в то время столицей империи, и в кратчайшие сроки так поддался силе её веры, что объявил религию унумов единственно верной и одним из первых отрёкся от старых богов. Таким образом, Блозианская дева стала проводником между людьми и Единственным Богом.
Монотеистические настроения императора (кстати, звали его Анней из дома Помпилиидов) вызвали большие волнения в языческих религиозных общинах. Им был брошен призыв по доброй воле обратиться в истинную веру. Жрецы всерьёз задумались: не то обращаться, не то бороться, «зараза» единобожия охватывала всё больше имперских земель. Особенно нервничали приверженцы культа Смерти (они звались тонатозианцами, от древнеравюннского слова «тонатозиа» — погибель).
читать дальше

@темы: Яблочные дни, Заметки (приложения)

21:24 

Заметка о религии на Полукруге

monzella Valeria
Поначалу (1– 1099 г.г.) на Полукруге монотеизм провозглашала только одна — Луцианская — церковь, возникшая в Равюннской империи и впоследствии сделавшая её чем-то вроде теократического государства (к примеру, первосвященник, носящий сан Луциана — Святочтимого — имел полномочия низвергать императоров и освобождать подданных от присяги верности по отношению к неправедным государям).
К 1099 г. на Северном Полукруге объявился монах Прюмме (мнения, откуда он, расходились) и со вкусом принялся обличать Луциана и луцианскую же церковь. Суть его обвинений сводилось к тому, что Пречистая дева в глазах верующих стала главнее Бога, поскольку молились именно ей, а символом её было солнце. Прюмме отломил у фигурки солнышка лучи и внутри круга начертал крест, разделив круг на четыре части и назвав четыре добродетели. Ими стали: верность, воля, отвага, милосердие. Круг означал вечность, и Бог тоже был вечен. Дева же олицетворяла жизнь, но жизнь коротка, и по логике Прюмме, нельзя на неё молиться. Душа же бессмертна, вечна, так что надлежит молиться именно о ней. Прюмме напирал на то, что душа важнее жизни. И раз души забирает Белоокая, то символом своей религии он сделал круг без лучей, луну, олицетворяя им вечность души и Бога. Таким образом, последователи прюммеанства молили о спокойствии и благах для души, обращаясь к Богу через Луноокую.
читать дальше

@темы: Заметки (приложения), Яблочные дни

11:48 

Заметки о доме Линаик

monzella Valeria
Линаик — правящая в Блаутуре в описываемое время королевская династия.

Герб: золотой бескрылый линдворм на изумрудном поле.
Глава дома: Лоутеан Эмиас Линаик (1501 — …), с 1524 — король Блаутура, принц Монжуа.
Наследники: нет
Предшественники:
Генри Реджинальд, принц Тимрийский (1489—1495), брат.
Айрон-Кэдоган, принц Тимрийский (1497—1522 г.г.), брат.
Мэдог Эдуард Линаик Побитый (1479—1524 г.г.), отец.

Своё прозвище Мэдог получил, будучи наследником престола, когда в Девятнадцатилетнюю войну командовал форсированием реки Ульк (граница между Блицартом и Блаутуром) в 1500 г. Он предпринял попытку двойной переправы. Две армии, оказавшись в разных местах, не успели сосредоточиться и попали под разгром. Армию, которую вёл сам Мэдог, разбили, принца и приближённых взяли в почётный плен. Прозвище «Побитый» привязалось к нему из-за речевого курьёза. Маршал блицардской армии Фредрик Яноре обратил внимание на то, что царственный пленник слегка ранен, и принёс ему извинения на блаутурском языке: «Прошу простить, что вы такой побитый».
читать дальше

@темы: Заметки (приложения), Яблочные дни

11:40 

Путеводитель по моде в мире Яблодней (выпуск 1)

monzella Valeria
Этими картинками я хочу предварить самую первую в книге главу. Мы сделали в ней то, от чего сегодня авторов всячески предостерегают – включили описание одежды в основной текст. В том смысле, что не сделали исключение даже для первой главы. Мы прикинули, какая мода должна царить при дворе Лоутеана в начале повествования, когда военное сословие ещё держится на пике популярности, но и Лоутеан стремится сказать в моде своё веское слово, не вступая при этом в конфликт с милитаристским модным веянием. Тому, что мы задумали, очень удачно нашлось экранное воплощение.



Что касается Берни, то, скучая на "дворцовых паркетах, он изо всех сил выпячивал свою "драгунистость". Иными словами, его придворные наряды максимально напоминали парадную драгунскую форму (то есть мундир, на который не надет сверху панцирь, и свободного покроя штаны из плотной ткани). В иллюстрацию, правда, затесался наруч, но я не удивлюсь, если Берни и впрямь иной раз позволял себе такие вольности, как прийти в отполированных наручах ;) Правда, потом приходилось заглаживать свою дерзость и являться в отделанных мехами одеяниях.


@темы: Яблочные дни, Иллюстрации, Заметки (приложения), Блаутур

19:03 

Путеводитель по моде в мире Яблодней (выпуск 2)

monzella Valeria
Этот выпуск посвящен женским ночным сорочкам и халатам %) Есть один нюанс: на севере и северно-западе Полукруга (Блаутур, Блицард, Рокус) женский халат называется словом "капота". На юге и юго-востоке (Эскарлота, Вольпефорре, Апаресида) он носит название "рокетти".
Поскольку в истории не задействованы дамы иного сословия, кроме дворянского, их сорочки шьются из шелка, атласа, льна и хлопка. Тут нужно заметить, что лён и хлопок в описываемое время ещё не стали прерогативой женщин из крестьянского и купеческого сословий. Также лён и хлопок полукружцы научились возделывать сами (блаутурские пейзаны в том особенно преуспели). Шёлк и атлас на Полукруге завозные — за что спасибо Восточной петле, с которой налаженные торговые отношения у Эскарлоты, Вольпефорре, Апаресиды и даже Блаутура (хотя страшно представить, во сколько последнему обходятся покупки у песочных купцов, ведь из-за отсутствия у Блаутура выходов к морю перевозка товара без перегрузок невозможна). Что касается Блицарда, то благодаря военным походам кузена королевы в Блицард уже на протяжении трех лет поставляются с Восточной петли экзотические военные трофеи, не идущие, разумеется, дальше августейших ручек и королевского окружения.
Но вернемся (чтоб наконец закончить) к сорочкам и халатам. Их стоимость немногим меньше стоимости платья. Сорочки могли быть с рукавами, могли быть без них — на бретельках. При наличии у сорочки рукавов последние зачастую стягивались на запястьях цветными декоративными шнурами. Эти же шнуры использовались в качестве завязок (наверное, излюбленным лайфхаком настроенных на соблазнение дам было ловко распустить эти самые завязки, чтобы сорочка упала с них многослойным облаком %))). Если сорочка была на бретельках, то последние декорировались, например, жемчугом, перламутром. Сорочки могли быть декорированы вышивками. Также мы полагаем, что умельцы с Восточной петли уже вовсю имеют дело с органзой, которую поставляют ограниченными партиями ооочень богатым покупательницам. К примеру, дамам Эскарлоты, Вольпефорре и Апаресиды сорочки из шелковистой органзы должны быть известны не понаслышке. Кружево, пожалуй, тоже могло служить элементом декора, им отделывался вырез, реже подол. Самым известным центром производства кружева является городок Лучетта (Эскарлота). В настоящее время набирает обороты мода на кружевные манжеты как у ночных сорочек, так и... как бы это сказать... дневных %) Длина сорочки, как бы это скандально ни прозвучало, варьировалась от щиколотки до колена. Вольпефоррские и апаресидские женщины совершенно точно предпочитали сорочки до колена. Вкусы эскарлотских женщин особо не учитывались, потому что дозволенное и недозволенное в моде напрямую зависело от самодура на престоле и глубины его отношений с Люцианской церковью. Что касается Блаутура и Блицарда, то длина имела значение в связи с прохладным климатом.
Халат же находится на той стадии своего развития, когда до праздничной одежды ему далеко. Но и он выглядел дорого. В Блаутуре и Блицарде мог выполнять функцию домашнего плаща (потому как холодно) и шился из плотных тканей, подбивался мехом. Мог декорироваться застёжками и шнуровкой (на талии).
И, наконец, совсем уж нижнее бельё — панталоны. Они утвердились в женском гардеробе уже к концу 15 века. Были длиннее, нежели благословенные мужские брэ. Шились из тех же материалов, что и сорочки. Держались на шнуровке, но, думаем, к описываемому времени прогрессивные женщины Яблодней доведут дело до пуговиц %) Надевались в комплекте с дневной (под платье) сорочкой или корсетом (о котором и еще о подвязках будет следующий выпуск).



Спасибо за внимание!

@темы: Заметки (приложения), Иллюстрации, Яблочные дни

11:43 

Путеводитель по моде в мире Яблодней (выпуск 3)

monzella Valeria
В настоящем выпуске мы рассмотрим одну из самых непростых для нас тем — "взрослую" мужскую моду Эскарлоты. Первое, к чему следует привлечь внимание — мужская мода в сей "богоданной" стране гораздо более щадящая, чем женская. Мы опишем моду, пришедшую вместе с воцарением на престоле короля Франциско Второго Рекенья. Она не такая зверская, как могло бы показаться, если оглядываться на исключительную религиозность государя.
Мы начинаем со "взрослой", "зрелой", потому что вплоть до взросления наследного принца только она и существовала. Повсеместная для стран блозианской религии концепция "Государь — наместник Бога на земле" была интерпретирована королём Франциско с ужасающей буквальностью и раскрыта с потрясающей полнотой. Он даже получил из рук Святочтимого (главы Люцеанской церкви) титул Защитника Веры, что давало ему право на своей земле принимать исповеди подданных, читать проповеди, делать назначения и проводить небольшие реформы внутри находящихся на территории Эскарлоты церквей, не спрашивая дозволения у Святого Престола. Таким образом, сильный уклон в религиозность стал первым столпом эскарлотской моды. Она должна была иллюстрировать нормы поведения, приписываемые для выполнения королевскими подданными: сдержанность, строгость, благочестие, посты, преклонение перед Пречистой девой, паломничество, денежное покровительство церквям, монастырям и, конечно же, особая привелегия дворян — выстраивание в очередь за отпущением грехов к Его Всеблозианнейшему Величеству.
Верхняя одежда стала максимально напоминать церковные одеяния: плащи и ропоны доходили до пят, на их пошив использовались ткани приглушённых цветов и поначалу почти не использовались украшения, ведь Пречистая заповедовала скромность. Однако здесь поднимается второй столп эскарлотской моды, он же физическая особенность августейшей особы: тучность. С годами Франциско набирал вес и решительно раздавался вширь. Из приятного для женских глаз здоровяка он превращался в настоящего толстяка, чьё брюхо бежало впереди его величия. Конечно, длинные ропоны скрывали жирные ляжки, а украшение в виде меха по вороту, рукавам и полам немного маскировали тучность и создавали впечатление оправданной величием массивности, но этого было недостаточно.
Сорочки имели круглый ворот, смыкавшийся у самой шеи: король надеялся, что таким образом прячет жирные складки и обозначает место, где начинается еще не совсем заплывший подбородок. Манжеты на сорочках были довольно скромными, совсем короткими, чтобы не подчёркивать, что руки короля лишились былой формы. Руки затягивались в узкие перчатки, чтобы сжать "масштаб бедствия", на перчатки надевались перстни, они должны были концентрировать внимание, отвлекая от размышлений на тему, превышают ли персты короля окружность андрийских колбасок, частым аксессуаром были чётки.
Что касается колетов, то в интерпретации Франциско они больше напоминали орудие наказаний. На первый взгляд, всё смотрелось нормально: колеты доходили до бедёр, имели высокие, иногда достигавшие мочек ушей, воротники (высота воротника зависела от степени знатности), зачастую были со вкусом украшены золотым или серебряным шитьём, могли быть вышиты шёлковыми нитями, за особые заслуги король даже даровал подданным право расшивать их драгоценностями. Сам он, впрочем, придерживался здесь строгости, единственным украшением колета назначая дорогие ткани, из которых тот был пошит. В выборе рукавов была полная свобода: вшитые или на привязках. В чем же заключалась "экзекуционная" сторона колета? В том, что у колетов по спине и животу были вставки — дощечки из мягкого дерева. Они заставляли держать осанку и делали так, чтобы пузо не выпячивалось. Бывало, что жёсткой кожи или очень плотной ткани колета недостаточно, и в таких случаях в ход шёл мужской корсет. Шнуровка на колете спереди, а иногда и по бокам тоже носила совсем не декоративный характер.
Такой предмет гардероба как штаны оказался, наверное, в наименьшей степени затронут изменениями. Они по-прежнему оставались плотно прилегающими к ногам, однако теперь обе штанины сразу сшивались вместе. На пошивку чаще всего шли бархат, замша или кожа, но за атлас и парчу никого вроде бы ещё не покарали. Франциско, само собой, отдавал предпочтение однотонным цветам, штанины непременно должны были быть одинакового цвета (этого же он требовал от своих придворных). Гульфик не должен был выполнять функцию аксессуара и притягивать взгляды, иными словами, на государственном уровне существовал строгий запрет на украшение гульфика драгоценностями, вышивками, тесьмой.
Туфли при дворе короля Франциско были не в чести. Они бы без затей сдали всему свету оставляющие желать лучшего икры короля. Так, знать носила высокие сапоги (до колена минимум, но зачастую высота могла достигать бедер) из мягкой кожи или ткани. Король предпочитал жесткую кожу, надеясь таким образом воссоздать видимость былой суровой походки. Форма носка сапога практически не регулировалась, разве что он не должен был быть слишком длинным и острым. Дозволялась неброско украшать обувь, но, опять же, право на вышивку драгоценностями следовало заслужить.
Что касается головных уборов и других аксессуаров, то им будет посвящен отдельный выпуск путеводителя, однако же канцлер ви Ита согласился продемонстрировать свою шляпу в качестве тизера %)



запись создана: 18.08.2016 в 13:34

@темы: Яблочные дни, Эскарлота, Иллюстрации, Заметки (приложения)

00:26 

Путеводитель по моде в мире Яблодней (выпуск 4)

monzella Valeria
В предыдущем выпуске была охвачена мужская эскарлотская придворная мода для "взрослых", почтенных мужей. Этот выпуск осветит особенности "молодёжной" дворянской моды в Эскарлоте. Так получилось, что её законодателем невольно стал наследник эскарлотского престола Райнеро Рекенья-и-Яльте. Разделение на "взрослую" и "молодёжную" моду обусловлено тем, что Райнеро довольно много времени проводил у себя в герцогстве Валентинунья, которое отделено от острова Вольпефорре лишь узеньким проливом. Там же он читал много современной литературы, которая "спотыкалась" о Декрет о печати, иными словами, не проходила цензуры и, конфискованная, оседала в кабинете герцога (а он был истинным хозяином Валентинунья). Опять же, никто не отменял прямые контакты на почве торговли. Как следствие, любознательный принц хорошо ознакомился с бытующей у соседей концепцией "человек — мера всех вещей" (но нигде не сказано, что признал). Дело в том, что в Вольпефорре полным ходом шла "игра в Мрачновременье", то есть выкапывались на свет всевозможные предметы материальной культуры (храмы, скульптуры, куски домов, мебель, посуда, библиотеки и т.д.). Мыслители азартно хватались за мрачновременные философские направления, перекраивая их на особый лад: Бог повсюду, хоть в букашке, хоть в стебельке, да и царство божье в самом человеке, человеческое тело прекрасно и восхитительно, долой сковывающие его покровы, то, что создано Богом, не может быть дурно. Эта концепция диктовала в Вольпефорре стиль жизни, моду в том числе. К одежде предъявлялось единственное требование: она должна совпадать с формами тела, обозначая эстетику его пропорций, вторить ему, она не должна мешать движению никоим образом.
Для герцога Валентинунья не составило труда выписать из Вольпефорре парочку образцов одежды и выводок портных. Он счёл, что при его образе жизни будет довольно практично перенять эти модные веяния. Но в то же время воспитание в строгой люцеанской вере и давящий авторитет короля-отца не позволяли заимствовать слепо, да и сам принц тяготел к выдержанным тонам, сдержанным фасонам. Так что плащи-аболлы, тоги, джиорнеи, симары (аналог ропоны) даже не рассматривались.
Таким образом, "молодёжный" дворянский наряд по своему составу мало чем отличился от "взрослого": брэ, сорочка, обтягивающие, но не стесняющие движений штаны, гульфик, короткий (до талии и или пояса) колет, короткий же плащ и жёсткие, ниже колена, сапоги.
Поскольку брэ относятся к нижнему белью, то они будут подробно рассмотрены в соответствующем выпуске. Скажем только, что они шились из тонкой, "дышащей" ткани и едва доходили до середины бедра.
Основные отличия от "взрослой" моды заключались в фасонах и фактурах. Сорочки шились из тонкого льна (преимущественно батист и кембрик), иной раз из шёлка. Формы ворота отличались разнообразием: овальная, квадратная, треугольная (тогда к ней полагалась шнуровка) или круглая (как во "взрослой" моде, но не обступающая горло вплотную). Горловина могла быть украшена кружевом, зубчиками ткани, тесьмой. Сорочки зачастую отделывали вышивкой. Рукава стягивались на запястье или специальными швами, или шнурами. Манжеты могли быть узкими, и тогда практически не выступали из рукавов колета, а могли быть широкими, и в таком случае служили рукавам колета красивым обрамлением. Сорочка обычно достигала середины бёдер и заправлялась в штаны.
Штаны шились по ноге, держались на бёдрах при помощи шнуровки/застёжек на крючках спереди и ремня. Собирались у лодыжек шнуром и заправлялись в сапоги. И — разве не прелесть — на ступни надевали носки, льняные летом и шерстяные зимой. Носки закрывали щиколотку, стягивались вокруг завязками. Штаны делали преимущественно из кожи, замши, бархата (иной раз бархат был особого сорта, сделанный из шерсти). Штанины могли быть как однотонными, так и многоцветными — это не возбранялось. Нередко декорировались шнуровкой по бокам. Гульфики не выпячивали, и упаси бог, чтобы они повторяли форму того места, которое прикрывали. Гульфики должны были выглядеть максимально пристойно, в то время как в Вольпефорре это была едва ли не самая важная часть мужского гардероба, к виду которой подходили с особой тщательностью.
Колет носили в качестве куртки. Длина доходила до талии, но могла заканчиваться и под рёбрами. На изготовку колетов шли плотная кожа, замша, сукно, бархат, сатин. Иногда были с подкладкой. Колеты застёгивали на крючки или пряжки-застёжки или шнуровали. Ворот мог быть овальным или квадратным, из него часто виднелась рубашка. Стоячие воротники были не предусмотрены, за этим во "взрослую" моду. Рукава были как вшитыми, так и съёмными. Съемные встречались чаще, они крепились к проймам колета шнурами (что обеспечивало свободу движениям и недурно экономило средства из королевского/семейного бюджета), их можно было комбинировать с другими колетами. Рукава могли быть двусоставными: первая часть шла от подмышки (где была привязана завязками к пройме колета) к локтю, вторая начиналась под локтём и закрывала запястье. Это было максимально удобно при фехтовании, ничто не сковывало руки. Рукава (и сплошные, и двусоставные) были с разрезами, чтобы через них во всей красе проступала блестящая или матовая сорочка. Впрочем, прорези могли быть и по бокам колетов. В форме разрезов не было удержу фантазии: геометрические фигуры, зооморфные, растительные и пр. Колеты могли быть декорированы вышивкой, драгоценностями (в неограниченных количествах и не за особые заслуги, но если спросите Райнеро, то сам он от подобного воздерживался, максимум допускал скромную вышивку). Нельзя сказать, что по части украшений для колета существовала мода на какие-то определенные узоры. Это могли быть так же растительные и зооморфные мотивы, а могли быть антропоморфные (из частей человеческого тела), тератологические (изображения мифических животных), сюжетные. Райнеро вовсе предпочитал геометрические (переплетение линий) или же обходился колетами без украшений.
В случае с плащами по этой моде совсем не действовала формула, по которой знатность измерялась длиной плаща. Наследный принц носил короткие плащи, чего и желал своему окружению. Длинные напоминали о королевском дворе и сутанах, а учитывая, что принц любил грешить напропалую, подобные напоминания его удручали. Итак, плащи едва достигали колена, часто бывали ещё короче. У них мог быть полукруглый или квадратный подол. Самые расхожие материалы, из которых шились плащи, это сукно, камлот бархат, но если вам страсть как хотелось щегольнуть или лето выдалось удушающе жарким, то так и быть — возьмите шёлк. А ещё у плащей часто был подклад, для которого использовались шёлк, атлас. Зимние плащи обшивались мехом (куница, соболь, горностай, статусность, понимаете ли), плащи для других сезонов декорировались различной отделкой (полоски замши, бархата, шёлка, тесьма, кружево, металлические фигурные детальки). Плащи не имели ни прорезей для рук, ни самих рукавов. Зато, уподобляясь "взрослому" плащу, "молодёжные" часто располагали перелинами, которыми можно было прикрывать голову от дождя. Плащи с капюшонами в дворянской среде были не в ходу, но мы же понимаем, что капюшон служит жизненно важной деталью, если дворянин собрался немного покутить и попрыгать с кинжалом в подворотнях. Так что на "ночных", "кутежных" плащах принца были капюшоны, и весьма глубокие. Плащи застёгивались под горло на фибулу или пряжку. Носить плащи приспущенными на одно плечо было не принято.
Сапоги были куда разнообразнее, чем могло показаться на первый взгляд. Сам наследный принц предпочитал жесткие, короткие сапоги из кожи, с жёсткой же подошвой, которые натягивались на ногу с некоторыми усилиями. Но многие молодые дворяне носили мягкие сапоги до колена или до бедра, часто со шнуровкой и декорированными раструбами.
Головным уборам и различным аксессуарам будет отведен отдельный выпуск. Заметим лишь, что, в отличие от "взрослой" моды, в "молодёжной" перчатки не являются непременным атрибутом. Насколько мы знаем Райнеро, он вообще надевает их только в холод или на официальные выходы (если прикажет король).
В завершение следует уточнить, что "молодёжная" мода имела два направление. Ключевым считалось то, которому отдавал предпочтение наследный принц. Побочное направление, в целом, состояло из тех же частей, что ключевое, но было более ярким, насыщенным, щёгольским, чтобы не сказать вычурным. Ткани блестящие, цвета сочные, орнаменты заковыристые, фасоны более гротескны (например, рукава колетов отличались пышностью, а сами колеты могли быть украшены по вороту мехом), штанины декорированные разноцветными вставками, гульфики контрастные по отношению к цвету штанов. Обратите внимание на последнюю иллюстрацию, на которой представлены образцы, наиболее популярные у ближайшего окружения принца.



листать дальше

@темы: Яблочные дни, Эскарлота, Иллюстрации, Заметки (приложения)

20:13 

Путеводитель по моде в мире Яблодней (выпуск 5 )

monzella Valeria
Этот выпуск затрагивает тему моды очень условно, едва-едва. Кроме того, речь пойдет о военной моде в полке Неистовых драгун, но это коротко. Внимание будет уделено истории возникновения полка, его устройству и "коронному номеру". Зато вы можете посмотреть картинки, посредством которых впечатление о драгунской моде должно создаться более полно, чем если бы о ней было много написано %)

Неистовые драгуны, или военный гений принца Тимрийского


Изначальное наименование: Блаутурской армии драгунский тимрийский полк.
Знамя: чёрный, раскинувший крылья линдворм на серебряном поле.
Год основания: 1516.
Тип: конно-стрелковый полк.
Численность: 1000 человек.
Дислокация: Блаутур, Бломстард.


История появления
Драгуны как род войск был сформирован Айроном–Кэдоганом, наследником блаутурского престола. Хронисты пишут, что создание драгунского формирования было продиктовано необходимостью преобразования армии, которую остро осмыслил принц Тимрийский. Однако его боевые товарищи, будучи непосредственными участниками этой истории, представят более достоверную картину рождения Неистовых драгунов. Если, разумеется, попросить их об этой чести.
Начнём с того, что принц Тимрийский был в некотором роде одержим страстью возвеличить отечество. Это делало его предприимчивым до авантюризма, заставляло практически во всём искать выигрышность, будь то хоть его частные увлечения. Собственно, его страсть к набиравшему тогда популярность огнестрельному оружию и воинский успех, снисканный им в качестве капитана эскадрона, принято считать предпосылками к созданию особого рода войск. Годом основания традиционно называют 1516, когда в Королевской канцелярии был выпущен приказ о выделении денежных средств на обмундирование и вооружение «блаутурской армии конно-стрелкового полка, Айроном – Кэдоганом Линаиком возглавляемого». Со стороны это выглядело так, словно принц без лишних проволочек усадил на коней своих любимцев (тимрийцев), вооружил их саблями и пистолетами с колесцовым замком и тут же повёл в бой. В действительности Айрон–Кэдоган и его тимрийцы готовились к признанию их отряда полноценным воинским формированием более полугода. Так что «драконья тысяча», как её прозвали современники, представляла серьёзную опасность для вассалов – изменников*.

*В Девятнадцатилетнюю войну владельцы земель на окраинах Блаутура принялись спешным порядком сдавать их блицардцам, совершавшим разбойничьи набеги на земли неприятеля. Подробнее см. Заметки о доме Линаик

Устройство полка
Полк имел в своём составе: 1 полковника, 1 подполковника, 3 капитанов, 5 поручиков, неограниченное число порученцев, 1 фурьера, 1 знаменщика, 980 солдат, своего священника, трёх хирургов, аптекаря, оружейника, портного и шорника. Разумеется, у полка были собственное знамя (чёрный линдворм, распахнувший крылья на серебряном поле) и девиз («Честь — в сердцах, в мечах — погибель»). С казначейскими и секретарскими обязанностями справлялись непосредственно капитаны и поручики. Принц Тимрийский ратовал за разностороннее развитие своих офицеров. «Драконья тысяча» делилась на 4 эскадрона, во главе трёх стояли капитаны, один возглавлял подполковник. Последним (по большому счёту для частных нужд) полагались порученцы, которым формально присваивали звания сержантов.
До 1522 года драгунский полк входил в состав армии отдельным независимым формированием и подчинялся только принцу Тимрийскому. Если Айрон-Кэдоган находился при армии, у места его пребывания размещалась часть (100 драг.) эскадрона, остальные располагались по окрестностям, но в пределах досягаемости. Когда принц Тимрийский отправлялся в столицу, весь полк следовал за ним.
В Бломстарде Неистовые драгуны разделялись на две части: охрану внутри Элисийского дворца и вне его. Драгунам отводились служебные квартиры, ставшие прообразом казарм (строительством которых Айрон–Кэдоган занялся позже). Драгуны, несшие дежурства во дворце, сменялись тригитами ** или по усмотрению его высочества. Айрон–Кэдоган старался не перенасыщать дворцовое пространство своими людьми, поскольку господство в резиденции оставалось за королём.
Дежурство на квартирах считалось среди драгунов менее почётным, но и менее утомительным. За главного оставляли одного дежурного офицера (от поручика до подполковника). Он должен был узнавать сведения обо всех въезжающих в город, наносить визит провосту (нечаянное инспектирование, прозвали это в высших кругах) и отмечать конфликты, возникавшие у драгунов с представителями других родов войск. Над последней обязанностью поначалу посмеивались. Но когда обидчикам, притом по месту службы, стали приходить штрафы за оскорбления и драки с драгунами его высочества, насмешникам стало не до шуток. Как будто несчастным не хватало повреждений (моральных и телесных), нанесённых тимрийцами. Всё это, конечно, не могло не дойти до слуха короля. Но едва Мэдог Побитый сообразил, что штрафы поступают в казну «драконьей тысячи», и Кэдоган запрашивает у секретаря по военным делам на содержание полка всё меньшую сумму, наказание монетой было благословлено. А под командованием дежурного офицера находились солдаты, занимавшиеся более обыденными вещами. Они ухаживали за лошадьми, отвечали за поставку еды из трактиров на служебные квартиры и, когда приходилось, делали опись трофеев, захваченных в кампаниях принцем Тимрийским. Сменялись каждые два дня, ночевали на квартирах.

**Тригита — временная организационная единица в драгунском полку численностью в 30 человек.

Военная форма
При вступлении в полк драгуны получали обмундирование по половине его стоимости, позже удерживающейся из жалования. Их боевая форма состояла: из замшевого колета, замшевых же или суконных мешковатых штанов, толстых кожаных перчаток, чернёной кирасы, металлического горжета с выгравированной на нём головой дракона, узкого шлема с узкими же полями и круглой высокой тульей (кабассет), кавалерийских сапог, ножен под саблю, двух цепляющихся к седлу ольстр с пистолетами. В центре нагрудной пластины кирасы крепилась позолоченная фигура линдворма. Через плечо драгуны носили шарфы жёлтого цвета, расшитые геральдическим изображением линдворма. Что касается офицерской парадной (дворцовой) формы, то она включала: мундир (чёрный замшевый колет с застёжками в виде серебряных фигурок дракона и горжетом), штаны, короткие сапоги, перевязь и саблю.
Лошадям из доспеха полагались стальные налобники (они же наглавники) и броня, закрывающая грудь.

Коронный номер
Айрон–Кэдоган прилагал немало усилий, чтобы его полк не прекращали сравнивать с драконом. Природа наградила принца такими талантами, которые в своей совокупности позволяли ему в полной мере служить войне. В частности, на второй год Эскарлотской кампании Кэдоган от скуки изобрёл прообраз огнемёта и назвал Драконьим Жаром. Его изобретение походило на пистолет, но имело более широкое и длинное дуло. Сплав был особенным: дуло не накалялось от огня внутри, не нагревалась и рукоять. Состав сплава Кэдоган держал в секрете даже от своих офицеров. Внутри такого пистолета находились заряды, на первых порах с порохом, потом — с воспламеняющейся жидкостью. При нажатии на курок в заряды попадала искра, и сжатый газ «выбивал» наружу пламя. Оно горело, пока не кончится заряд, в длину достигало 3-4 тритта (метра). Противник поджаривался очень неплохо, чтобы не сказать — чудовищно. Изобретение имело ряд неудобств: его было трудно перезарядить, нередко драгунам удавалось применить его в бою только единожды; оно было не совершенным и опасным для самих драгунов. После смерти Айрона-Кэдогана его преемник Рональд Оссори отказался от использования Жара: медведи не изрыгают пламя. Драгуны украдкой вздохнули спокойнее, и подпалённые брови были забыты. Не нашлось смельчаков, которые хотели бы улучшить и довести до совершенства изобретение принца Тимрийского.
До и вместе с Драконьим Жаром у Неистовых драгунов был в ходу ещё один приём. Перед тем, как броситься в атаку, драгуны, стоящие по краям первой шеренги, изрыгали пламя. Для этого им всего лишь были нужны факелы и огнистая вода. По команде два драгуна с левого и правого края выпускали пламя и с рёвом срывались в бой.




запись создана: 08.10.2016 в 00:44

@темы: Яблочные дни, Иллюстрации, Заметки (приложения), Блаутур

19:22 

Путеводитель по моде в мире Яблодней (выпуск 6)

monzella Valeria
Впервые за всю "историю существования" выпусков о моде мы будем говорить о том, что же носят женщины %) Женщины в Блицарде, стране на севере Полукруга, стране с прохладным климатом и зимами в честные 3-4 месяца, стране, где особо военноушибленные представители королевской династии от души кричат, воодушевляя своих воинов на битвы: "Лёд Севера да погубит наших врагоооов!"
Но, честно говоря, сопредельное Блицарду королевство Рокус имеет куда более холодный климат, рокусцы вас уверят, что и снег у них белее, и снегопады обильней, и лёд тверже, и продолжительность зимы 4 месяца минимум, а ещё моржи на берегах плещутся и лоси под окнами совершают променад.
Другими словами, когда в начале 15 века в Блицарде сменилась королевская династия, Тистли сошли с престолов в небытие, уступая место узурпаторам-выходцам с затонувшего материка на крайнем севере, в королевстве началось наслаивание культуры на культуру, быта на быт. Новая династия, чье имя, конечно, Яльте поставила своей целью пустить корни в новую для себя землю как можно глубже и, опуская подробности, внушила подданным, что те плоть от плоти снега, создания севера, суровые и стойкие, и кто к нам с огнём войны придет — от льда и снега погибнет. В итоге в национальном самосознании блицардцев уверенно отложился внушённый им образ самих себя, да и климат, как им стало казаться, сделался холоднее, будто новые короли действительно принесли с собой из утраченного дома легендарные снега, льды и ветры. А вместе со всем этим северным добром — средства, материальную культуру, которая обеспечит блицардцам гармоничное сосуществование с духом настоящего Севера.
Таким образом, мода напрямую оказывается связана с климатом, а косвенно — с принадлежностью к сословию. Со времён первых Яльте существует закон, в котором расписано, какой тип ткани и меха дозволено использовать дворянину, купцу, ремесленнику, крестьянину. Сразу нужно сказать, что закон нарушается повсеместно. Нарушителям легче заплатить штраф в поместном суде и продолжить щеголять в своё удовольствие. По обыкновению мы затронем только дворянскую моду.
Нижнее бельишко было рассмотрено во втором выпуске "Путеводителя...", можно только добавить, что под платье блицардки надевают панталоны и сорочку, корсеты же, даже щадящие, не приживаются категорически. Сорочку, к слову сказать, выбирают в зависимости от фасона платья. Некоторые фасоны диктуют, чтобы воротник сорочки доходил до шеи и стягивался тесёмками. В холода женщины поверх панталон надевают нижние юбки (от одной до двух штук, всё серьёзно). Юбки сделаны из плотной шерстяной ткани и чаще всего ничем не украшены, но нижные юбки из гардероба бывшей королевы Хенрики I Яльте сшиты из тафты или атласа и декорированы вышивкой.
Неотъемлемый предмет женского гардероба — чулки. И вот тут каждая, от селянки до королевы, должна довольствоваться чулками из шерсти или льна. Конечно, если совсем невмоготу, то есть возможность приобрести шёлковые чулки в Блаутуре, где в 1526 году появилась вязальная машинка, позволяющая создавать и чулки, и другую шёлковую одежду. В прочих странах эти предметы до сих пор создаются исключительно вручную, ежели что, а в Блицарде чулки из шёлка пока не делают в принципе — безынициативные швеи, не поставленное производство...
Платье состоит из сшитых вместе лифа и юбки. Лиф шнуруется или застёгивается на крючки на спине. Фижмы (покрытые тканью каркасы, поддерживающие юбку платья) не носятся и даже не производятся. Обычно платья шьются из тяжёлых, "солидных" тканей с преобладающией шерстяной составляющей. В ходу сукно, шерстяной бархат, но и парча, атлас, тафта, бархат с шёлком тоже не обделены вниманием знатных дам Блицарда. Конечно, ткань всячески декорируется. В особой чести массивные отделки — вышивки, тесьма, поперечные полоски ткани, полоски меха или бахрома по краю подола и рукава. Очень популярны прорези всевозможных форм на рукавах и драпированные буфы (фонарики). Что до самих рукавов, то они по форме бывают узкие (обычные и со шнуровкой на запястье), сужающиеся у запястья (это в том случае, когда они вздутые, буфированны до локтя), расширенные на запястьях подобно манжетам. По "связи" с лифом бывают вшитые и съёмные.
До 1526 года пользовались популярностью платья с декоративными широкими полосками вместо рукавов, крепившимися к лифу. Под них обязательно надевалась сорочка с пышными рукавами.
Вырезы платьев не отличаются особным разнообразием: квадратные и овальные, не открывающие полукружий бюста. Под платье с квадратным вырезом обычно надевают сорочку с воротом, стягивающимся у горла. Под платье с овальным вырезом выбирают сорочку, которая либо совсем не выступает над лифом, либо выступает красиво "пенясь", тогда её ворот богато декорирован жемчугом или вышивкой золотыми, серебряными нитями. В частности, в гардеробе бывшей королевы Хенрики I Яльте были платья с вырезом, открывавшим полукружья грудей, и открытыми плечами. Но под них тем более надевались декорированные сорочки, оставляющие, впрочем, на виду пресловутые полукружья и большую часть плеча.
По желанию дамы подвязывают под талию широкий пояс, расшитый вышивкой или драгоценными камнями. Лиф, естественно, заканчивается под грудью или чуть ниже, и под ним начинается юбка, пришитая к лифу изнутри, объёмная, с вертикальными, массивными трубчатыми складками. Бывшая королева предпочитала, чтобы юбки были богато протканы серебром и золотом, но не чуралась юбок без украшений — в этом случае как можно богаче расшивалась нижняя, а на верхней делались прорези по ноге. Иной раз юбки завершаются длинным шлейфом, стелящимся по земле. В торжественных случаях его несут за дамой слуги, в быту он, видимо, свободно волочится по земле.
Если говорить о находящихся в моде цветах, то "палитру" задавала королева. Хенрика любила белый, бледно-голубой, пронзительно-синий, алый, лиловый, серебряный и золотой. Пока она считалась невестой принца Тимрийского, наследника Блаутурского престола, в её одежде часто сочетались серебряный и чёрные цвета.
Что касается обуви, то выбор не столь велик, как блицардским дамам хотелось бы: домашние туфли (зачастую без задника), туфли-лодочки, сапоги. Домашние туфли (всё равно что тапочки) сделаны из мягких материалов, не имеют каблуков, носятся дома. Туфли-лодочки изготавливаются из кожи, замши, плотных тканей (шерсть, войлок, реже бархат). У туфлей тонкая подошва, они могут иметь застёжки в форме ремешков, а могут быть без застёжек, тесно облегают ступню. Украшаются вышивкой, розетками из лент, бахромой или декоративной "высечкой" (перфорация 16 века, так сказать). Сапоги предназначены для того, чтобы их носили только на улицах. На их изготовление идёт кожа, замша, реже бархат. Сапоги низкие, примерно на ладонь выше щиколотки. У них твёрдая подошва — деревянная или пробковая, обтянутая кожей. Они могут быть без застёжек вообще, могут быть со шнуровкой или ремешками сбоку. Украшаются вышивкой, бахромой, розетками из лент.
Верхняя одежда знатной блицардской дамы — это накидка/плащ/шейблейн/. Накидка оборачивается вокруг плеч, у неё на боку застёжки и в неё можно укутаться. Плащи разнообразны по части фасонов: короткие, длинные, округлые, квадратные, с капюшоном и без него, с прорезями для рукавов и без прорезей. Шьются преимущественно из сукна, камлота, бархата. Завязываются у шеи шнурками или застёгиваются на пряжки. Декорируются вышивкой, тесьмой, бахромой, меховыми полосами. Плащи для холодных времён года имеют меховую подкладку. Шейблейн — верхняя одежда, короткая (оканчивается немного пониже бёдер) и распашная. Рукава у неё бывают пышные и короткие, оканчивающиеся повыше локтя, а бывают длинные, сильно расширяющиеся у запястья. По краям шейблейн украшена полосками меха, да и сама с меховой подкладкой.
Самый популярный женский головной убор — это большой, массивный, широкополый барет. Он может быть украшен вышивкой, лентами, серебром, золотом, жемчугом, драгоценными камнями, декоративными пряжками. Но есть альтернатива в виде декоративой вязаной повязки, тянущейся ото лба к затылку.
Вуали, конечно, существуют, но их надевают разве что в дни траура в семье или в дорогу, чтоы защитить лицо от пыли. В остальных случаях блицардские знатные дамы ходят с открытыми лицами.
Большим спросом пользуются перчатки. Но не потому, что так предписывает тексис или королева жадно их коллекционирует (это не так), а потому что они держат руки в тепле. Лучше всего производство перчаток налажено в княжестве Яноре (оно же Янорийское княжество), там делают перчатки из кожи овец, ягнят, телят, оленей. К слову сказать, там же, а ещё в сопредельном Изенборге, лучше всех прядут шерсть — в этом заслуга хозяйственного наместника, двоюродного брата бывшей королевы, а с 1526 года — короля Блицарда, не чурающегося возни с ремёслами. Возвращаясь к перчаткам: у королевы они декорированы вышивкой, тесьмой или бахромой. Конечно, в её гардеробе было несколько пар бархатных перчаток, расшитых драгоценными камнями.
Напоследок можно сказать о характере вышивки, украшающей одежду. Это может быть тиктийский орнамент, характеризующийся узкими, вытянутыми формами с острыми углами, а может быть растительный и зооморфный узоры.
В описываемое время (то есть, 1526 год, декабрь и далее) в женской моде Блицарда происходят некоторые изменения, начало которым положило привнесение в страну новых ресурсов. Под этими ресурсами подразумеваются предметы материальной культуры и представители фауны, вследствие военного похода привезённые с другого континента — с Восточной петли. Благодаря изобретательности статс-дамы бывшей королевы появляются новые фасоны воротников на платьях (например, высокий тканный воротник, почти упирающийся в подбородок и напоминающий оплечье из драгоценных металлов, носимое богатыми женщинами Восточной петли), новые украшения на бареты и туфли (в частности, это страусиные перья). В частности, подробнее изменения будут освещены в основном тексте книги.



@темы: Яблочные дни, Иллюстрации, Заметки (приложения), Блицард

18:17 

Заметка об одном из тех трех "китов", на которых держится книга

monzella Valeria
15.10.2016 в 00:16
Пишет Kallery:

"Государь, был в Ронсевале сильный бой вчера...", Песнь о Роланде
Я долгое время предвкушала, как напишу этот пост, но сейчас даже не знаю, что надо бы сказать %)) Наверное, что бы я ни сказала, это прозвучит пафосно, потому что причина поста эпос. На днях мы дописали главу о бое в ущелье Амплиольских гор, ту самую главу о божемойтомсамом Лавесноре, от которой отлынивали на протяжении всех редакций книги, существовавших с момента написания. Это получается лет 6, сдаётся мне. Нам действительно требовалось дорасти, хотя историю Роланда я носила в сердце годами. Если я правильно посчитала, то летом стукнуло 10 лет от дня, когда я... скажем так, познакомилась с теми эпическими ребятками, которые "Разумен Оливье, Роланд отважен, и доблестью один другому равен". Разграничу, я не говорю о реальной стычке с басками, напавшими на обоз Карла Великого, который охранял маркграф Бретонской марки Роланд. Я только об эпосе.
Я называю "Песню о Роланде" эпической попсой, мне думается, это одна из самых "попсовых" вещей в пласте мировой литературы. На 1 курсе, когда на паре зарубежной литературы мы добрались до эпоса, и как-то так получилось, что я пересказывала группе сюжет "Песни...", меня беззлобно назвали на этом деле двинутой %) В каком-то смысле так и есть, не отрицаю, но хочу заметить, что у меня нет к этой истории пиететного отношения. Я люблю её, я ругаю её, я восхищаюсь слогом и подачей (боже мой, да там же что франку, что мавру, появившемуся в "кадре", уделяется столько описания и характеристик, как если бы это был исторический роман!), но в то же время нахожу некоторые строфы утомительными. И кстати да, нам предоставляют "репортаж" из обоих лагерей, описание мавров ничуть не уступает описанию франков, недовольство Марсилия понятно нам точно так же, как завоевательные устремления Карла, к примеру. Хотя, конечно, мавры подаются в отрицательном свете —эпос-то французский, но смотрим мы на происходящее словно бы со всех ракурсов, которые только возможны в литературе рода эпос. И нет, это не претензия на какой-то вдумчивый анализ, это всего лишь игра моих впечатлений. А самые первые мои впечатления, когда мне было 12 лет, сводились к тому, что Роланд дурень-дурень-дурень, да разве можно так со своими подначальными, но своей жизни не жалко, так ты не в поединке сцепился, тебе тысячи людей доверены, давай как-то позаботься об их целости, как "И в рог не затрублю на срам себе?", ну офигеть теперь -___- Потом, конечно, я подумала, что, возможно, Роланд просто не хотел втягивать в эту мясорубку основные части армии, коль скоро его назначили прикрывать тыл. Но давеча перечитала и не нашла у него подобных мыслей, ну и чёрт с ними, в общем-то.
И после прочтения я всё время думала, а что было бы с Роландом, если бы он выжил, и названный в эпосе его дядюшкой Карл приехал и узрел племянничка живым на "руинах" вверенного ему арьергарда? Возложили бы на него лавры героя? Сделали бы символом французского рыцарства? Сложили бы добрые песни? Мне почему-то ужасно нравилась мысль, что Роланд бы огрёб от дяди по первое число, виновато бы понурил буйную голову и был бы вынужден как-то свой военный "просчет" искупить. Хах, мне учительница русского и литературы ещё в школе сделала замечание, когда я сказала, что "Роланд очень сглупил". Она поправила: "совершил ошибку" %) И эта мысль просто ела меня поедом несколько лет. А в 15 мне спозаранку, еще с еле разлепленных со сна глаз представилась такая сцена, где плечистый тип с каштановыми кудрями скорбно сидит на лошади и окидывает мутным взглядом военный лагерь, где ему больше нет места. Рядом топчется оруженосец со шлемом сира в руках и хочет сказать сиру слова утешения и попроситься в изгнание вместе с ним. И говорит, и это единственные слова, услышанные рыцарем за последние дни, в которых не звучит осуждения. Сир тронут, он наказывает оруженосцу не "делаться гордым и лютым, как лев иль леопард", взлохмачивает ему пшеничные вихры и отбывает в закат, при этом дым от костров ест глаза наравне со слезами. Я даже села и написала, вышло криво-косо, но вроде как жалостно. Я не знала об этом герое ничего, кроме того, что он повторил боевую судьбу Роланда, только с меньшим размахом, но остался жив и от этого очень досадует и не знает, что ему с этим счастьем делать, ведь исправиться начальство ему не позволило. Кстати да, в моем воображении у Роланда тоже каштановые волосы, уж не знаю, откуда что взялось. Так я поняла, что нужно во что бы то ни стало "реабилитировать" Роланда, вон он, уже сам попросился, можно сказать, отдался в непрофессиональные авторские ручки %))
Так, "из миража, из ничего, из сумасбродства моего" (с) стала появляться история Рональда Бернарда. Я стояла на том, что имя должно быть созвучно "Роланду", я еще тогда не слышала о стивенкинговской "Тёмной Башне" и не знала, что с именем можно не заморачиваться %). Но соавтор (Агрона, вдруг кто еще не знает ;) сказала, что для неё персонаж "звучит" как Берни. Бернард, смекнула я и пригляделась к "созданию". Да, в нём правда уже тогда было то, за что хотелось, даже требовалось звать его в довесок к "Рональду" "Берни". Для меня это имя соотнеслось с такими его качествами, как бесшабашность, нахальство, дерзость, не подобающее отношение к жене, кутежи с друзьями, особый юмор, зачастую отчаянная весёлость. В "Рональде" же для меня звучало что-то такое, рыцарское. Преданность короне, ратная служба, беззаветная верность покойному сюзерену и побратиму Айрону-Кэдогану, умелое командование (а оно должно было быть умелым до ошибки в ущелье), жестокость в военное время, высокомерие, неприемлемость многих вещей.
Его образ получался невозможен без такого вот двойного имени. Что касается Лавеснора, то мы пресекли любые вариации на тему "почему не трубил роландов рог". Причина единственная. И вы обязательно увидите ее без увеличительного стекла прямо в лавеснорской главе %) Если говорить о том, как писалась глава —то самым честным ответом будет "очень тяжело". У меня как назло проклюнулось пресловутое пиететное отношение, и я боялась запороть свои части текста. Боялась не додать драмы, надрыва, драконьего-драгунского жара, наконец. И я действительно в одном месте косякнула, заключив героев будто бы в вакуум, но всё было оперативно исправлено, и я вздохнула спокойнее. Когда писался текст, то не чувствовалось ничего из того, чего я ожидала, только нервозность, усталость, желание поскорее закончить. Когда я читала то, что мы накропали, я не находила слов, потому что вышло круче, чем я смела надеяться. Вышло то самое, что, я наверное, подспудно хотела бы увидеть все эти 10 лет. Роланд принимает бой. Роланд не слушает разумных советов. Роланд парит на высотах своей гордыни. Роланд больно падает. Исполнение этой схемы Рональдом —неописуемо замечательно, я не ожидала от него такой "игры", он показал нам какую-то свою грань, которую не было резона показывать раньше. Мы уже долгое время носимся только с ним, как-то позабыв о сами-знаете-ком-которое-в-каждой-бочке-затычка-принц-без-королевства-и-заклинатель-девиц. Берни отбил авторесс у оппонента, так-то %)
Но! По справедливости, Берни бы в лавеснорской главе не был столь хорош, если бы светился в одиночку. Энтони — вторая звезда этой сцены.
На заре придумывания для меня даже не стояло вопроса, что у этого доморощенного "Роланда" должен был быть свой "Оливье", главным критерием в создании коего стала пресловутая "разумность". Как я была уверена в том, что у Роланда каштановые волосы и прямой открытый лоб, так же я не сомневалась, что Оливье — брюнет с аристократичным, точеным лицом, и лицо это должно сморщиться с максимально возможным презрением после того, как "Роланд" отыграет свой "Ронсеваль". Я уже тогда знала, что наш "Оливье" будет до последнего подставлять начальству плечо, но когда всё завершится, бросит: "И наша дружба кончится сегодня!", как и его эпический собрат. Я не помню, почему он стал Энтони. Не помню в упор. Но это оказалось удачным решением, потому что от "Тони" я с легкостью образовала "Тихоню", а по шкале Берни благоразумие в одной цене с этой самой "тихонистостью". Должна признаться, что в саааааамой первой версии Тони выходил гадом-гадом, тихой такой завистливой сволочью, которая всю сознательную жизнь облизывалась на лавры друга и —аххаха — его жену. По мере того, как мы приступали к тексту, этот вариант, по счастью, забраковался, и вышло что-то более менее приличное, но ровно настолько, чтобы персонажу было, куда расти. К настоящему времени мы доигрались до того, что поведение Энтони в Лавесноре было безукоризненным. И что немаловажно, нам удалось соблюсти баланс сил, удалось сделать так, что "доблестью один другому равен". Поначалу я опасалась, что Берни оттеснит друзяшку, спихнет на край "кадра", но в итоге мы получили шикарный боевой альянс, получили настоящих побратимов, Энтони в Лавесноре столь же значимый "солдатик", как и Берни. Передвигать его было не менее интересно и волнительно, чем Берни. Мне даже подумалось, что он в сече куда более страшен, чем Бернюша. Концепт "Делать из много людей мало людей" реализовался в прямом "эфире", я так посмотрела, и это оказалось вау.
Что оказалось для меня приятным сюрпризом, так это то, что у нас нарисовался свой Ганелон, что в эпосе был морально нестойкий, злобный отчим Роланда, коварство которого и положило начало бойне в Ронсевале. Как пелось Иллет, "у каждого будет свой Ронсеваль, у каждого свой Ганелон". Ну так оно и вышло. Сюрприз — потому что у меня и в мыслях не было дёргать Ганелона, а вот поди ж ты, он сам пришёл, пришёл Изидором Роксбуром, переставляя ноги в красных щегольских сапогах. В основе предательства Ганелона, как по мне, лежала его личная неприязнь к пасынку, которая пересилила и верность короне, Карлу, своей религии. И когда мы сели переписывать 1 том, мы обнаружили, что, похоже, у душки Изи к Рональду личные счёты, и он с охотой обтяпает это тёмное дельце. Ну а когда мы дописали последние абзацы лавеснорской главы, то своими глазами увидели, как "жизнь разворачивается на пятачке". В "Песне..." Ганелон не смог насладиться результатами своего предательства, потому как Карл и бароны его живенько порешили, а я убеждена, что вид пасынка, у которого и ран не счесть, и виски лопнули, его бы ой как потешил. И посредством Роксбура мы невольно подарили эту возможность — посмотреть, что из содеянной подлости вышло, и собрать плоды. Вышло, опять же, очень круто, стесняться в выражениях не намерена %)
Если говорить о маврах, то у меня не было цели поднести эскарлотцев именно как мавров. Начнем с того, что они "христиане", то есть блозианцы, и "нехристями" и "языческими собаками" их не подразнить. Они не клялись врагу в дружбе и покорности, и их нападение на полк Рональда не носит характер удара в спину. Это война, и это блаутурцы шастают на эскарлотской территории. Несметны иноземные дружины — это тоже не про нас, до эпических размеров засадная часть эскарлотцев не разрасталась никогда. Мы не стали освещать схватку в Лавесноре из другого, эскарлотского лагеря. Вот то есть, Эскарлота вовне показана, а эта военная операция — нет. Но позже будет сообщено, чей коварный засадный план был ими осуществлен. У меня не возникло чувства, что эскарлотцы в ущелье — гады-гады, а гибнущие драгуны —пострадавшие. Надеюсь, у вас его тоже не будет. Однако, получилось страшненько, эскарлотцам удалось создать впечатление "полчища", "мрака".
Об Альде в этом посте много сказано не будет по той простой причине, что она не была в Лавесноре даже через мысли Рональда. Она носит имя невесты Роланда и сестры Оливье, здесь для меня тоже не стояло вопроса, я знала, что нашу героиню надо звать только так. В "Песне о Роланде" меня не устроило, что она умерла на месте, едва Карл сказал ей о гибели жениха и тут же предложил на замену своего сына. Наша Альда уделала всех, а Лавеснор, как бы парадоксально это ни звучало, сказался на ней положительным образом. Её сдёрнуло с места, вытянуло из книжной ямы, в которой она отсиживалась, будто в окопе. Лавеснор даст ей настоящую жизнь, а не литературную подмену, и Лавеснор даст ей мужа.
Кажется, у меня всё-таки кончились слова... Прилагаю к пласту текста картиночку частного характера. Да-да, я нарочно сделала так, чтобы первые строчки главы было практически невозможно прочитать, я коварна аки мавр %))


URL записи

@темы: Яблочные дни, Энтони Аддерли, Рональд Оссори, Заметки (приложения), Блаутур, Альда Оссори

00:05 

Путеводитель по моде в мире Яблодней (выпуск 7)

monzella Valeria
После перерыва длиной в три месяца мы решили вернуться к ведению "модного" путеводителя. В выпуске 7 речь пойдёт о женской моде в Блаутуре, разумеется, пока только дворянской.
Климат Блаутура отличается тёплым летом и не особо холодной зимой, которая, однако, затяжная на ветра и промозглость. Такой климат предоставляет женщинам больше возможностей в замысле одежды.
Так, например, сорочка могла не быть обязательным предметом женского гардероба в тот или иной день, если позволял фасон платья. Вместо неё можно было удовольствоваться корсетом и панталонами. О панталонах мы упоминали в выпуске 2. Корсет же проник в блаутурскую дворянскую моду из Эскарлоты. Он представляет собой два сшитых вместе слоя холста, уплотнённых с помощью деревяшек или косточек. И если эскарлотский корсет делал бюст более плоским, тому он и служил, то блаутурки наделили его противоположной функцией — он приподнимал им бюст. Утягиванию талии не придавали особого значения. Корсет надевали в тех случаях, когда фасон платья не предусматривал ношение под ним сорочки — например, если лиф плотно прилегал к телу или были полуоткрыты плечи.
По сравнению с блицардской женской модой блаутурская богаче на одну существенную деталь — корсаж. Далее будет предпринята попытка объяснить отличия. Лиф — составная часть платья, сшитая с юбкой, неотделяемая от юбки, комбинация разных лифов с разными же юбками не предусмотрена. У блицардок лиф короткий (или высокий), оканчивающийся под грудью. У блаутурок в чести длинный (или низкий), доходящий до живота или даже спускающийся чуть ниже. Как и блицардский, он застёгивается на крючки или зашнуровывается на спине. Под платье с лифом по большому счёту надевали корсеты. В холод это могли быть сорочки — из здравых побуждений, связанных с заботой о здоровье. А корсаж — это всегда отдельная деталь платья, не сшитая и зачастую вообще никак не скреплённая с юбкой. Корсаж начинался от груди, доходил до живота. Имел шнуровку — в основном спереди. Его надевали исключительно на сорочку.
Теперь попробуем разобраться с юбками. Предпочтя корсет сорочке, блаутурские знатные дамы обязательно должны были надеть на панталоны нижнюю юбку. Для холодных времён года эти юбки шили из плотной ткани (часто смесь льна и шерсти), для тёплых их делали из тафты, атласа, льна. Нижние юбки могли быть двух видов. Первый — просто юбка. Второй вид — юбка с фижмами, именуемая подъюбником, ещё одно изобретение Отверженного эскарлотских модниц. Фижмы походили на обручи с пока что узким "радиусом", сделанные из прутьев.Также в гардеробе блаутурки обязательно была передняя юбка — она прикрывала перед нижней юбки (или подъюбника) или подол сорочки в тех местах, где юбки платья были раскрыты. На неё шли дорогие, самые разнообразные ткани, её обильно украшали. Третья юбка — эта юбка, названная несколькими предложениями ранее юбкой платья. Сшивалась вместе с лифом. Могла быть сплошной, а могла иметь треугольное отверстие, идущее от талии по оставшейся длине, до пола.
Если женщина делала выбор в пользу набора "панталоны-сорочка-корсаж", то комплект положенных ношению юбок особо не изменялся. В принципе, можно было пренебречь нижней юбкой (или подъюбником). Верхняя юбка крепилась к корсажу на крючки или же вовсе пришпиливалась.
Теперь, когда перечислены все составляющие платья блаутурской знатной дамы, коротко поговорим о тканях, отделках, фасонах, популярных цветах.
Прозванная подданными "Феей-из-Подхолмов", королева Филис ввела моду на лёгкие, шелестящие ткани. На смену ослепляющей пышности, царившей в женской моде при консортстве королевы Клементины (супруга Мэдога Побитого Линаика, матушка Лоутеана) Филис принесла лёгкость, изящество. Полнотелость сдавала позиции, в моду входили стройность, тонкость, пропорция, всё это на грани худощавости, приписываемой мифическим обитателям Подхолмов. Другое дело, что царила "Фея-из-Подхолмов" не достаточно долго, чтобы полностью изжить моду, принятую при свекрови. Таким образом, на сегодняшний день (1526—1527 г.г.) блаутурское женское платье — это причудливая смесь вкусов двух королев, теперь уже покойных. Филис одержала несомненное первенство в тканях: блаутурки легко отказались от тяжёлых, душных материлов в пользу различных разновидностей шёлка: собственно шёлк, атлас, бархат. Филис первая на Западном и Северном Полукруге получила вещи из ситца, который любящий муж окольными путями достал ей из земель Восточной петли. Необычайно популярен стал лён. Из материала для нижнего белья он возвысился до материала, из которого не зазорно шить рукава для платьев и передние юбки. Что касается отделок на платьях, то Филис не особо их жаловала, предпочитая, чтобы ткань оставалась гладкой, но не все знатные дамы (включая дам при дворе) слепо за ней вторили. Передняя юбка не мыслится без отделки. Это могут быть драгоценные камни, узоры из золотых или серебряных нитей, кружева или тесьма на подоле. Верхняя же юбка (она же юбка платья) остается именно такой, как любила Филис. В редких случаях кружево или тесьма украсят края треугольного отверстия в юбке или её подол. Лиф декорируют по-разному. При королеве Клементине прочно прижились оборки, сборки, узоры из переплетения блестящих нитей, широкая тесьма, пришитая поверху лифа. Филис, при всём своём прохладном отношении к украшению тканей, ввела моду на узоры с растительными мотивами. Уроженка графства Далкетт, славящегося своими дубравами, она не могла не отдать дань дубовым листьям и жёлудям. Лиф может быть сшит из той же ткани и отделан так же, как и передняя или верхняя юбки. Корсажи декорируются в тех же традициях.
Переходя к фасонам, необходимо напомнить, что лиф блаутурского дворянского платья — это длинный (низкий) лиф. Его вырезы разнообразны. Это может быть овальный вырез. Он, в свою очередь, бывает таким, который закрывает бюст, и таким, который открывает полукружья грудей, приподнятых корсетом. Это может быть вырез типа каре. Он подразумевает, что плечи полуоткрыты. Такой вырез считался одним из наиболее предпочитаемых королевой Филис. Квадратный вырез не так популярен, но на платьях одной трети блаутурских дам можно увидеть и его. Он, как правило, окаймляется некоей сборкой из кружева или широкой полоской тесьмы. Выпускать на вид сорочку не принято. Рукава тоже бывают разные. Со времён королевы Клементины остаются в моде сильно буффонированные рукава и рукава с воронкообразными, тяжёлыми манжетами. Впрочем, Филис удалось несколько изменить вторые, сделав их из широких узкими хотя бы от плеча до локтя. В холодное время года модно носить рукава с воронкообразным манжетом из меха. Филис предпочитала гладкие узкие рукава с маленьким манжетом, на котором позволительно кружево. И естественно, ей нравились рукава, придуманные ей самой — из льна или ситца, свободные, летящие, но обязательно сужающиеся у запястья и перехваченные там шнуровкой, пуговкой или, опять же, манжетом. По "связи" с лифом рукава только вшитые, что не мешает им зачастую от него отличаться по цвету, материалу.
Корсаж не подразумевает наличия рукавов вовсе, ни вшитых, ни съёмных. Он держится на плечах на широких лямках, чья отделка никак не регламентируется и может быть самой разной. Корсаж, безусловно, чем-то напоминает фасон блицардского платья с декоративными полосками (они же лямки) вместо рукавов, однако не повторяет его.
Что касается юбок, то они обязательно должны доходить до щиколотки, но это вкус Филис. Вкус королевы Клементины позволяет им быть ещё длиннее, особенно сзади, и стелится по земле шлейфом.
Цвета — это то поле, где королева Филис одержала безоговорочную победу над свекровью. Она привнесла в женскую блаутурскую моду множество оттенков зелёного, жёлтого, светло-коричневый, сиреневый, леденцово-красный, глубокий синий. Как супруге короля из рода Линаиков ей часто приходилось сочетать в нарядах изумрудный и золотой.
Теперь чулки. Производство чулок претерпело своего рода маленькую революцию — в 1526 году (как раз в описываемое время) была изобретена машинка для вязания чулок и прочей одежды из шёлка. Шёлковые чулки стали более доступны, дёшевы, тогда как ранее они (наряду с неизбежными льняными и шерстяными) были только в гардеробе королевы Филис, супруги Лоутеана III Линаика, и очень узкого круга богатых дам Блаутура (у герцогини Дезире Англюр-Оссори, к примеру).
Выбор обуви у блаутурской дамы не так уж и мал. Ей доступны домашние туфли, пантофли, туфли-лодочки, ботинки, сапоги и так называемые котурны. Домашние туфли сделаны из плотных мягких тканей, так же могут быть на гусином или лебяжьем пуху, не имеют твёрдой подошвы, довольно плотно облегают ступню. Пантофли — это комнатная лёгкая обувь с плоской, твёрдой деревянной подошвой, они без задника. Делаются из бархата, тафты или атласа. Туфли-лодочки — из кожи, с тонкой кожаной же подошвой, без креплений. Ботинки так же изготавливаются из кожи, бывают повыще щиколотки, имеют ремешки или шнуровку, гораздо реже — пуговицы. Однако в противовес такой пратикчной обуви как ботинки немедленно выступают котурны, они же сабо, они же в просторечии "шлёпанцы". Их родина — Вольпефорре, но это всё равно вещь, которая сродни изобретению Отверженного. Поскольку это сабо, то задника у них нет. Подошва из дерева достигает в длину полутора-двух пальцев, она утолщается от носка к пятке. Верх у них из кожи, тафты или бархата. Котурны обхватывают ногу и держат её над уличной грязью. В них тяжело удерживать равновесие. При королеве Клементине котурны были очень модны при дворе, но с воцарением Филис их популярность пошла на убыль. При королеве Клементине обувь обильно расшивалось драгоценностями, украшалась переплетением золотых нитей, но с воцарением Филис обувь декорировалась довольно слабо. Изредка декором могла стать какая-нибудь вышивка. Лучшим украшением обуви Филис считала ее цвет, поэтому для неё кожу, из которой пошит тот или иной вид обуви, красили в яркие цвета.
Уличная надежда блаутурской дамы может состоять из плаща/марлота. В сравнении с блицардской дамой блаутурская даже, пожалуй, обделена здесь — для неё не придумано новых фасонов накидки, а те, что когда-то были в Блаутуре, невероятно устарели. Женские плащи в Блаутуре лишены многообразия. Филис любила длинные, волочущиеся по земле плащи с глубоким капюшоном, и не стремилась разнообразить свой гардероб с верхней одеждой. Такая приверженность к единственному фасону в конце концов вытеснила фасоны плащей, существовавшие при Клементине. При дворе шутили, что такой плащ делает из молодой королеву настоящую обитательницу Подхолмов, придавая её фигуре угловатость и зловещесть. Этот фасон не имел ни рукавов, ни прорезей для рук. У шеи плащ скреплялся аграфом, самыми популярными были аграфы с растительными (дубы и жёлуди) мотивами. Верхушка капюшона могла быть украшена тканными листьями или жёлудями. Плащи шились из парчи, бархата, сукна, камлота, обязательно с подкладкой — шёлковой в тёплое время года и меховой в зимнее.
Марлотт чем-то похожа на блицардский шаубе. Она представляет собой распашное от шеи верхнее платье, без талии. Длина до пят. Может быть с длинными рукавами, может быть вовсе без рукавов (не считая коротких буфов у самых плечей). Если рукава всё же есть, то они буффонированы. На неё, как и на плащ, идут парча, бархат, реже сукно. Подклад почти всегда из меха, поскольку одежда зимняя. В зависимости от предпочтений хозяйки может быть декорирована меховыми вставками, тесьмой, пуговицами, драгоценностями, узорами. Капюшон не предусмотрен.
Самым популярным уличным головным убором при королеве Филис служил капюшон. Чуть менее популярна маленькая плоская шапочка квадратной или круглой формы. Она шьётся из дорогих однотонных тканей, к ней можно прицепить вуаль, украшать её особо не принято. Допустима маленькая россыпь драгоценных камней на поверхности шапочки, приколотый сбоку засушенный цветок, тесьма. Она похожа на берет, но не является им, для берета она не достаточно широка, может иметь форму квадрата, носят её, надвинув на лоб, тогда как берет в том же Блицарде стараются сдвинуть к затылку.
Перчатки скорее служат аксессуаром, чем средством защиты от холода, но Филис относилась к ним довольна равнодушно. Её отношение не повлияло на других знатных дам, и те продолжили придавать этому аксессуару большое значение. Чаще всего их изготавливают из бархата, реже замши. Разумеется, наибольшой популярностью пользуются вышивки с растительными мотивами. Перчатки короткие, едва доходят до запястья.
В связи со смертью королевы Филис в блаутурской женской моде в настоящее время простой, она застыла в том виде, в которой королева оставила её. Таким образом, примером для подражания оказался её супруг. Вероятно, блаутурские знатные дамы в скором времени начнут вносить в моду изменения, оглядываясь на короля, который, в свою очередь, балансирует между светскостью и некоторой военизированностью.





@темы: Яблочные дни, Иллюстрации, Заметки (приложения), Блаутур

16:16 

monzella Valeria
Что-то не особо мы продвинулись с того времени:laugh:

31.08.2016 в 13:10
Пишет Kallery:

далеко идущие планы
Набралась духу и решила подсчитать заметки о моде, которые еще предстоит написать О_О Не по порядку:
о брэ, ночных рубахах и колпаках, халатах;
о женских прическах и головных уборах и пр. аксессуарах;
о мужских прическах и головных уборах и пр. аксессуарах;
о военной моде в Блаутуре;
о женской моде в Блаутуре (НОВЕНЬКОЕ);
о женской моде в Эскарлоте;
о женской моде в Блицарде;
о мужской моде в Блицарде (включая андрийские мини фэшн-шоу);
о женской и мужской моде в Оссори;
о женских и мужских прическах и головных уборах в Оссори ;
о женской и мужской моде в Вольпефорре (но это из разряда ванс эпон э тайм).

Всё, конечно, ограничится дворянскими сословиями, потому что на выписывание моды у купцов, ремесленников и крестьян меня немного не хватит. Хотя о моде в ученой среде, возможно, я смогу написать.
Ну и кусочек блаутурского антуража бонусом:


URL записи
запись создана: 31.08.2016 в 13:14

@темы: Яблочные дни, Иллюстрации, Заметки (приложения)

Яблочные дни

главная